malyavin: (samara)
[personal profile] malyavin
В октябре 1918 года был создан Самарский Губернский Отдел Управления, помещавшийся в Доме Революции (бывший дом Наумова) на Советской улице.
DSCN1764.JPG
Бывший самарский Дом Революции
С января 1919 отдел возглавлял Леонид Сокольский, также в разное время его возглавляли Гирш Леплевский, Роднянский, Аркадий Рыбин, Дора Любецкая, Залогин, Марьин и др. В 1920-1921 и 1921-1922 гг. во главе отдела стоял видный самарский силовик Иоганн Бирн, первый председатель ГубЧК (в январе-октябре 1921 он вновь вернулся к руководству ГубЧК, а в 1922 г. возглавил Тамбовский губком РКП (б)). Надо отдать ему должное, Бирн был, видимо, неплохим «кризисным управляющим» тех лет. Возглавлял и Отдел Управления, и губЧК, Ревком, и губернскую комиссию по охране грузов и продовольственных складов в разгар голода, входил в комиссию по партийной чистке. Отдел Управления включал шесть подотделов: обще-административный, информационно-инструкторский, сметно-счетный, записи актов гражданского состояния, принудительных работ и милиции, а также губернскую комиссию по отделению церкви от государства. Упразднен Губернский отдел Управления был в 1923 году.
Подотдел принудработ ведал организованным для заключения осужденных к принудительным работам в 1919 г. губернским концентрационным лагерем, комендатура которого находилась при тюрьме на Ильинской, 141. В декабре того же года ЧК (которой в тот момент подчинялся концлагерь)  заняла под него и помещения в женском монастыре. В декабре 1920 г. в концлагере находились 1041 з/к, в январе 1921 – 952, в феврале – 1314. Работа в концлагере была опасной – его руководитель А.Ф. Петров, к примеру, был зарезан кинжалом 15 октября 1921 г. в 9 вечера у дома № 39 по улице Садовой. Убийцей оказался грузчик кооператива Гублескома некто Шувалов.
Губернский отдел (впоследствии – управление) милиции и губернский инспекторский отдел вначале размещались вместе с губисполкомом в Доме Революции, с 19 марта 1920 – в доме Основнина, на Соборной, 141, между Красноармейской и Льва Толстого.
DSCN3299
Бывший дом Основнина на Соборной
28 июня 1920 губернская милиция перешла в нижний этаж «Белого дома» на углу Почтовой и Саратовской, в июне 1921 – в бывший дом Дунаева на углу ул. Льва Толстого и Советской, 18/135,
DSCN1771
Бывший дом Дунаева
а уже в сентябре того же года – на Чапаевскую/Венцека, 55/69.
Городская милиция Самары с 1918 года находилась в здании бывшего штаба охраны города на Саратовской, 112.
DSCF0635
Штаб охраны города на Саратовской
Самарский губернский уголовно-розыскной отдел находился в доме Челышова на углу Уральской и Красноармейской, а с 19 сентября 1921 перешел на Садовую, 41 (между Заводской и Петроградской), где ранее находился отдел 2-го района Самгормилиции.
IMG_0003
улица Садовая, здание в котором находился уголовно-розыскной отдел
Был еще и Самарский  губернский тюремный подотдел отдела юстиции (21 февраля 1919 переименован в Самарский губернский карательный отдел, с ноября 1921 именовался исправительно-трудовым подотделом). К нему относились тюрьмы, ставшие Домами принудительных работ и их трудовые колонии.
DSCN1794
Бывшая самарская тюрьма
Самарский дом принудительных работ – это бывшая тюрьма на нынешней Арцыбушевской, переименованная так в марте 1919 г. Помимо самарских, в тюрьме порой находились и привезенные из других городов заключенные. Так, при эвакуации Уфы в феврале 1919 г. тамошняя ЧК отправила в самарскую тюрьму 25 контрреволюционеров. При этом никаких документов, подтверждающих обвинения, с ними прислано не было. Бедолаги отсидели в самарской тюрьме до конца мая, пока местные чекисты не нашли их невиновными  и не решили выпустить на свободу.  Иногда большевики объявляли амнистию и часть сидельцев освобождалась. К примеру, по амнистии в честь 2-й годовщины Октябрьской революции в ноябре 1919 г. освободили 1,5 тыс. чел. В этот период соотношение категорий з/к было таким: половина сидела за преступления против собственности, 15 % - за преступления против личности, 15% - дезертиры и 20% спекулянтов.
О нравах тех лет в самарской тюрьме неплохо говорят эпизоды, вскрывшиеся во время слушания Реввоентрибуналом Заволжского военного округа дела руководителей карательного ведомства Самарской губернии 10 июля 1920 г. Зав. губернским карательным отделом Брянский-Шмидт и начальник ДПР Кириченко «лишь номинально числились в занимаемых ими должностях», а заправляли всем секретарь карательного отдела Увина, зав. канцелярией ДПР Куркина и ее любовник, заключенный Шевердин (бывший командир рабочего полка РККА, осужденный трибуналом за тяжкие преступления к расстрелу и амнистированный в ноябре 1919). Они занимались вымогательством денег с заключенных за послабление тюремных тягот (перевод на внешние работы, доставку спирта, кокаина и опия). «Пьянство в тюрьме процветало. По картинному выражению одного свидетеля (заключенного) «пила вся тюрьма». Некоторые з/к из тюрьмы «бесследно исчезали» вместе со своими делами, «мертвые числились живыми, а живые мертвыми». Пьяный почти каждый день арестант Шевердин «имел в тюрьме чуть ли не большее значение и силу, чем начальник Дома Принудительных Работ Кириченко». Он пользовался свободным выходом и «на воле» занимался мошенническими проделками». Куркина поставляла своему возлюбленному спирт и кокаин, теми же благами обеспечивала своих любовников-зэков Григорьева и Шимко секретарь каротдела Увина. Возглавляемый последней Культпросвет ДПР она, «со свойственной ей энергией быстро превратила в «Культразврат», как выразился свидетель Грачев. Брянский-Шмидт и Кириченко не явились на суд (первый тяжело заболел, второй уехал на Украину), а Увина, Шевердин и Куркина были приговорены к расстрелу. Проходившие по делу заключенные, включая итальянского и  персидского подданных, получили разные тюремные сроки. Так закончилась земная жизнь бывшего командира Самарского рабочего полка Ивана Николаевича Шевердина, командовавшего весной 1919 года группой карательных войск Ставропольского района при подавлении «чапанного» восстания.
В январе 1921 г. ДПР был перегружен – вместо нормы в 900 человек в нем находилось до 2 тыс заключенных. И если при царе и Комуче заключенные просто сидели в тюрьме на казенных харчах, то большевики заключенных принуждали работать для воспитания «чувства гражданского долга». В бывшем имении Чемодурова в Богородской волости Бугурусланского уезда была организована колония «ЗАРЕВО», в бывшем имении Шошина в Богдановской волости близ ст. Тургеневка в ноябре 1920 – сельскохозяйственная колония «Перевоспитание» на 500 з/к, карательному отделу принадлежали алебастровый завод Маштакова с мельницей в Винновке, а также бывшая мельница Чарыкова в Богдановке. Под Дом принудительных работ для малолетних в 1921 г. было отведено бывшее имение Боянус в Бугурусланском уезде.
Техническо-строительная часть губернского карательного отдела находилась на Казанской, 16, а он сам с 28 июля 1921 г. – на Казанской, 9, в бывшем помещении Реввоентрибунала Заволжского военного округа (до этого губкаротдел находился на территории самарской тюрьмы).
Сам губернский отдел юстиции размещался в бывшем здании окружного суда, а с августа 1919 - на Саратовской, 53.
DSCN2917
ул. Саратовская (Фрунзе), 53
В августе 1922 губернский отдел юстиции, Совнарсуд и Особая Сессия перешли в здание бывшего окружного суда, там же разместился и прокурор Самарской губернии.
From:
Anonymous
OpenID
Identity URL: 
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

malyavin: (Default)
malyavin

May 2017

S M T W T F S
 12 3456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 02:38 pm
Powered by Dreamwidth Studios